— Тридцать девять, это, должно быть, делегация американских радио— и теле продюсеров. Ими, кажется, Петч занимается?

— О, — сказал Вильсон, — не ори так громко. Я рассказал тебе под большим секретом. Если ты сможешь переправить их до...

— Ты мне ничего не говорил, — сказал Валкан. — Это я тебе говорю. Я не торговец фототехникой, передай это Петчу.

— Оставь его в покое.

Валкан молча выпускал сигарный дым в лицо Вильсону.

— Не груби мне, Валкан, — сказал «полковник Вильсон». — Ты ведь не хочешь, чтобы я рассказал твоему английскому приятелю, что я уже не майор американской армии.

— Уже нет, — сказал Валкан со смехом, чуть не поперхнувшись виски.

— Я тебе могу много неприятностей доставить, — сказал Вильсон.

— А можешь и шею себе сломать, — сказал Валкан тихо.

Они смотрели друг на друга не отрываясь. Вильсон сглотнул и вернулся к своему виски.

— Ладно, Джонни, — сказал Вильсон через плечо. — Не обижайся, договорились?

Джонни сделал вид, что не слышит, и продвинулся вдоль стойки, прося еще один «бурбон».

— Два? — спросил бармен.

— Одного хватит, — сказал Джонни.

В зеркале он видел лицо Вильсона, оно было очень бледное. Видел он и лицо девицы из Веддинга, которая трогала волосы у себя на шее, будто бы не замечая, как при этом обтягивало ее грудь. Она закинула ногу за ногу и улыбнулась его отражению.

«Петч», — подумал Джонни.

Ему хотелось чем-то досадить Петчу или хотя бы прекратить его болтовню. Он сейчас слышал его голос. Петч говорил:

— Это те же самые люди, которые сделали великий фильм о тоннеле под Стеной. За все платила телевизионная компания НБС. И вот что я хочу сказать, друзья, те сорок девять человек, которые убежали через тоннель, обязаны своей свободой нашей американской системе свободного предпринимательства и смелого корпоративного начала... — Петч мог оказать Джонни Валкану пару услуг. Джонни очень хотелось сказать Петчу об этом; даже девица из Веддинга привлекала его меньше.