Таррант взял под контроль свои эмоции и сказал:

- Нам понадобилось пятнадцать лет, чтобы создать нашу берлинскую ячейку. Нужно немало времени, чтобы завербовать надежных агентов и как следует их внедрить, но мы сплели неплохую сеть. Наши агенты пока ничего не делают. Это кроты, и они затаились до поры до времени. Мы разбудим их, только когда ситуация действительно накалится до предела. Как бы соблазнительно ни было использовать их для чего-то другого, приходится сдерживаться. Во всяком случае, ради Окубы рисковать не стоит. Это все равно что посылать летчика-камикадзе, чтобы потопить шлюпку.

Какое-то время Уэверли смотрел в пространство, затем сказал:

- А вы не могли бы нанять для этого люден со стороны? Деньги здесь не проблема.

- Не проблема для кого, господин министр? Бюджет всех отделов Секретной службы был урезан в прошлом году и еще раз в нынешнем. У нас на все про все есть жалкие десять миллионов фунтов в год. ЦРУ этого не хватило бы даже оплатить свои телефонные счета.

На это Уэверли только покачал головой и сказал:

- Вы слишком опытный работник, чтобы сразу пасовать перед скаредностью правительства. Американцы могут позволить себе транжирить деньги, а мы нет. Но нам необязательно обращаться к бюджету. Для этого есть особый фонд. Надеюсь, вы в состоянии нанять профессионалов? В Западном Берлине, как мне кажется, таких мастеров куда больше, чем у нас, в Уайтхолле, чиновников.

- Там примерно столько же разведок, - сухо парировал Таррант. - И все эти профессионалы уже плохо соображают, на кого именно работают. А поскольку связь запугана, они тратят много времени, убирая чужих. Кроме того, советская разведка успешно внедрилась всюду, куда только можно внедриться. Если добавить к этому вольных стрелков, двойных и тройных агентов, то возникает ситуация, которая позволяет русским спать спокойно и посмеиваться над всеми остальными.

Уэверли улыбнулся, хотя и крайне сухо.

- В таком случае вам имеет смысл использовать собственные ресурсы.