Наш мир — мозаичен и пёстр, другие надевают очки дизъюнкции «или-или» и начинают препарировать лягушек.
Мы победили! А теперь расскажите где и как… Надеюсь, об этих деталях поведают нам наши беспристрастные летописцы, которым надоест блуждать в трёх соснах доморощенной метафизики.
Пока же скажу одно: мы вырвали литературу из чёрной бани с пауками, в которую её пытались загнать. И в этом мы радикалы.
Диктатура среднего класса
Торжество усредненности, победа профанации — меты сегодняшнего дня. Все великое, большое, грандиозное, героическое затушевывается. Все это под подозрением как неблагонадежное, без этого спокойнее, стабильнее в терминологии новейшей истории.
Царство гоголевского «ни то ни се». Серое, невзрачное — только в своем внешнем виде, но во внешних проявлениях часто агрессивное, оголтелое, авантюрное с рогами и копытами.
Все это общие слова до поры, пока занозой не воткнется очередная новость. Вот перед Днем знаний наше возлюбленное министерство образование удивило очередной революционной новацией: начала раскачку норм русского языка. Не то чтобы все и сразу с корабля современности, но постепенно, малыми робкими шажками. Думается, это была первая проба пера, робкий шаг креатива наших чиновников. Прикинут, как что дальше. Не посмотрит ли кто сурово на них, не стукнет ли кулаком по столу, суровым пальцем не погрозит. Если нет, то гуляй рванина по всей ивановской, паши и перепахивай сколь жадная душа желает!
Зловонным чем-то пахнуло на пороге учебного года. Курьезная вещь, но по большому счету это тоже самое, как разрешить «вонь» в слове «звонит».
Облегчили язык, но ощущение будто испражнились. Облегчились.
Можно долго рассуждать об легитимизации невежества, упрощения, но вопрос лежит не только сугубо лингвистической плоскости, где к нему много подходов, он много шире. Утверждены нормы пошлости, в которых — квинтэссенция нашего времени.