Да, понимаете ли, Карл то ли был не в курсе, то ли почему либо не захотел вам говорить... Все верно: компания эта знала Морин, это все так, да вот отношения у них были совсем не такие, как вам их обрисовал Карл. Эти ребята не соблазняли — Мару вообще вряд ли кто может соблазнить. Уж вы мне поверьте, они, — он помахал листком, — такой чести не заслуживают. Вообще, не дело городской полиции губить чью-то репутацию, но в виде исключения... — Он помолчал, явно стараясь выразиться потактичней, но, не найдя нужных слов, попер вперед без оглядки: — Единственное, что не давало нам права предъявить Морин Филипс обвинение в проституции, это то, что у нее не было установленных тарифов.

Рассказ Эндрена был краток, но дал мне исчерпывающее представление о нравах, царивших в компании Миллеpa. Все они баловались наркотиками (и употребляли сами и торговали), кое-кто в свое время привлекался за магазинные кражи. Кое-кто привлекался — и все без исключения подозревались.

— Этих ребят не так-то легко понять, — говорил сержант. — Байлер, Серелли, Стерлинг, Джордж — все окончили университет. У всех достаточные средства, крепкий тыл. Странная компания.

— Ну, а Мара? Что их с нею связывало?

— Началось это с Байлера. Он одновременно познакомился с нею и с ее лучшей подругой — некоей Джин Уард.

И я услышал историю любви, разыгравшуюся в маленьком Плейнтоне. Байлер, как теперь принято говорить, запал на Джин, что глубоко оскорбило Мару. Они были типичные подружки — одна хорошенькая, другая — не очень. Это Джин была не очень. Обе были моложе Байлера и остального сообщества. Ну, и когда он отдал предпочтение дурнушке Джин, красотка Мара неожиданно приревновала — и очень сильно. Она из кожи вон лезла, чтобы разлучить их: переспала со всеми байлеровскими дружками и делала все, чтобы по их рассказам он понял, чего себя лишает. Ну, в конце концов она своего добилась и Байлеру отдалась.

Эндрен полагал, что во всем виновата Джин. Байлер увлекся ею всерьез, а она не давала ему... никаких твердых обещаний. Ей льстило его внимание, самолюбие ее приятно щекотало то, что за нею ухаживает не сопляк, а взрослый мужчина, отдавший в ее распоряжение и автомобиль, и не такой уж тощий бумажник — Байлер работал и прилично зарабатывал, Что-то я раньше не видал, чтобы выпускник университета так домогался первокурсницы. Но здесь, в провинции, чего не бывает.