— Но чтобы обеспечить технологическую безопасность, нужны и другие деньги.

— Деньги и сейчас тратятся немалые. Обеспечение проведения экзамена в труднодоступных районах — это десятки, даже сотни миллионов рублей. Для доставки пакетов используются вертолеты! Передать сканированные работы нельзя (сеть — 12 кбит/сек, а в пунктах проведения экзаменов собираются сотни ребят), а вот использовать мобильный телефон для получения подсказки — можно.

— Вневедомственная корпорация качества — это очень интересная перспектива. Но к ЕГЭ есть претензии не только из-за необъективности проверки. Первое и главное — понять, что же мы все-таки проверяем? И как эта проверка связана с индивидуализацией образования и развитием способностей каждого ребенка?

— Теперь уже совершенно очевидно: итоговая аттестация в той форме, в какой она проводится, не является объективной оценкой качества образования. Она может давать только сведения об объеме освоенного материала. А это лишь элемент качества, его часть. Чтобы оценивать качество образования, необходимо понимать уровень компетентностного развития ребенка и иметь сведения о его позитивном социальном опыте.

— Это гораздо труднее проверить. Это не считается.

— Это проверить можно, но для этого есть совсем другие тесты. Я сторонник электронно-тестовой объективной независимой оценки. Альтернативы этому нет. Но то, что сейчас у нас в ЕГЭ, — это не тесты. Задачки с выбором — это не тесты.

Контрольно-измерительные материалы (КИМы), или попросту задания, которые сейчас используются в ЕГЭ, служат для измерения объема знаний.