В начале июля 1789 года Париж бурлил. Народ взбудоражила отставка министра финансов Жака Неккера, богатейшего банкира и финансиста. В этом событии усматривали отказ королевского двора от любых реформ. (Кстати, у нас недавно случился приблизительный аналог этого события - отставка министра Кудрина :) На улицы Парижа высыпала толпа, она носила бюст Кудрина... то есть, пардон, Неккера, убранный крепом. Энергия протестующего народа искала себе выход.

Говорят, что ситуацию подогрел небезызвестный маркиз де Сад, узник тюрьмы Бастилии, который 2 июля выкрикивал из своей подвальной камеры, что заключённых бьют. За эту выходку маркиза наказали, но его слова сделали своё дело. Вдобавок среди народа прокатился слух: "Пушки Бастилии направлены на город!".

В один из этих дней молодой журналист Камилл Демулен на улице вскочил перед толпой на возвышение и закричал: "К оружию!" Сотни голосов подхватили его клич. В порыве вдохновения Демулен воскликнул: "Нам нужен опознавательный знак!" - сорвал с ветки и прикрепил к своей шляпе зелёный лист. Тотчас сотни шляп парижан украсились зелёными листьями и кусочками ткани. Так, согласно легенде, впервые появилось то, что впоследствии назвали кокардой. (И, право же, это было гораздо лучше и красивее, чем нынешние белые ленточки - то ли капитулянтские, то ли белогвардейские).

А затем толпа окружила крепость-тюрьму и произошло то, что до сего дня празднуется Францией как главный национальный праздник - взятие Бастилии. Коменданта Бастилии Делонэ, посмевшего сопротивляться народу, на месте казнили, а голову его в назидание другим насадили на пику. Семь узников Бастилии вышли на волю - правда, ни одного политического среди них не оказалось. Но эка беда - зато ненавистную тюрьму вскоре снесли до основания и написали на её месте: "Здесь танцуют".