Из мелочей можно отметить наблюдающееся за последнее время распространение брошюр и воззваний к полякам и немцам против России. Было много случаев ловли шпионов в Варшаве. Особенно подозрительные люди были замечены в гост[инице] "Аполло" и в доме № 18 по Крак[овскому] предм[естью]. Установлено наблюдение. Вообще шпионство сильно развито. Много хлопот задает "Бристоль". Там все подслушивают разговоры, и было много случаев, что именно из "Бристоля" выносились сведения весьма секретного характера. Хотели даже закрыть ресторан в "Бристоле", но этому воспротивился нач[альник] шт[аба] Орановский.

14 дек[абря]

Сидел я у себя после завтрака в вагоне, когда получил от Орановского письмо с приложением телегр[аммы] на имя ген[ерал]-ад[ъютанта] Рузского от Янушкевича следующего содержания: "Его Величество ожидает в Ставке Великого князя Андрея Владимировича для возложения поручения". Телеграмма была подана из Барановичей в 12 ч. 40 [м.] дн[я], а я получил ее лишь в 2 ч. 45 м. дн[я]. Сейчас же пошел к ген[ералу] Рузскому проститься, получил для передачи ген[ералу] Янушкевичу пакет и в 4 ч. 40 м. с экстренным поездом выехал в Барановичи. В 8 ч. в Бресте встретил Ник[олая] Мих[айловича], который ехал из Холма, вызванный такой же телеграммой. Зачем мы понадобились в Ставке, мы понять не могли и, как ни вертели, в чем дело, так и не договорились. Прибыли в Барановичи в 16 [ч.] 45 [м.] вечера и на моторе поехали к поезду Государя. Он как будто не ожидал нашего приезда и ничего на сказал даже о причинах вызова. Оттуда я зашел к Янушкевичу, передал ему пакет ген[ерала] Рузского и вернулся домой в вагон.

15 дек[абря]. Понедельник

В 11 3/4 [ч.] Николай Мих[айлович] и я, мы поехали к завтраку в поезд Ники. За столом было 26 пер[сон]. После завтрака Ники позвал меня к себе и передал поручение объехать I, II и V армии и благодарить по корпусам всех за службу.