Как только китайская сторона согласилась на требования японцев, те, не давая противнику опомниться, предъявили новый ультиматум, в котором содержалось требование разоружения китайских войск. А когда генерал Сун Чжэюань отказался принять второй ультиматум, в Токио загремели боевые трубы. 11 июля военный министр потребовал срочного созыва парламента, который должен был санкционировать начавшуюся войну и выделить дополнительные расходы на военные нужды.

Очевидность событий начала войны не означает, что в наши дни и в Японии, и за ее пределами не предпринимается попыток оправдать агрессию, заявляя, будто Япония была "вынуждена" так поступить. Высказываются также сожаления, что японские генералы не послушались тех, кто стоял за поход против Советского Союза, а ринулись в бездонный Китай. В действительности же за спорами японских генералов задача похода на СССР никогда не исчезала. Победа сторонников "южного пути" была не случайностью. Приверженцы немедленного нападения на СССР не могли победить, потому что им противостояло трезвое большинство в командовании. Уже интервенция 1918-1922 гг. показала, что завоевание Сибири непростое дело. С тех пор Советские Вооруженные Силы окрепли, и очертя голову высшие офицеры Японии лезть в бой не желали, тем более что тогда им пришлось бы начинать войну в экономически невыгодном положении - без китайских ресурсов. На СССР идти намеревались лишь после репетиций, проб, тщательной подготовки.

К середине июля на пекинском направлении было сосредоточено уже более 40 тыс. японских солдат, более 100 орудий, 150 танков и столько же самолетов. У китайских войск ни самолетов, ни танков не было, однако они без подкреплений, без боеприпасов, даже без общего командования продолжали сопротивляться Квантунской армии.

Командованию в Токио казалось, что полевые командиры недостаточно энергичны и медлят с наступлением.