Но этого Сталину кажется недостаточным: каким образом этот секретный приказ начальника Генерального штаба Красной Армии будет доведен до сведения каждого солдата, заступающего на караульную службу? А главное, как он будет понят солдатом, у которого в голове доведенные до автоматизма реакции на основные положения «Устава караульной службы»? Не выдать оружие солдату, стоящему в карауле, нельзя, а вот не выдать ему патроны — можно. У остальных же солдат и офицеров, не занятых несением караульной службы оружия в мирное время нет. В Красной Армии, потом в Советской, теперь в Российской пуще всего боялись и боятся вооружённого солдата — «человека с ружьём» — наверное, до сих пор находясь под сильным впечатлением от одноимённой пьесы.

Теперь уже начинает проясняться смысл этой таинственной фразы «застигнуты врасплох». Во-первых, Красная Армия не имела Верховного Главнокомандующего. Ставка Верховного Главнокомандования под председательством Сталина была создана лишь 10 июля. Армия не только не была приведена в состояние повышенной боевой готовности, но, напротив, была фактически разоружена. За это должностное преступление должны были понести уголовную ответственность в первую очередь Тимошенко и Жуков. Но они исполняли указание Сталина и поэтому всё обошлось. В самые первые дни войны немецкие танковые войска, не встречая сопротивления и покрывая по 80 километров в день, разбили советский фронт на отдельные очаги. Но при этом танкисты оказывались оторванными от своих основных частей. Однако советские войска по указанным выше причинам не могли воспользоваться этим обстоятельством и лишь откатывались назад, не имея ни приказа, ни оружия для вступления в контакт с противником, пока не оказывались окружёнными немецкими войсками второго эшелона.

Лишь поздно вечером 22 июня в войска ушла первая директива военного времени, за подписями Тимошенко и Жукова, которая предписывала обрушиться всеми силами на врага и уничтожить его, т. е.