Впервые я услышал о Борисе Миронове в ельцинскую смуту. Говорили, что демократы захватили крупнейшее российское издательство «Советская Россия», поставив туда своего человека — Миронова, который принялся изгонять из издательства русских людей. Это не было голословицей. Из «Советской России» действительно уходили редакторы, и действительно не по своей воле, и действительно это были в основном русские. Однако говорили и другое: что новый директор Миронов как раз наш человек, в том смысле что честный, порядочный, словом, русский, а что гонит из издательства русских, так не потому, что они русские, а потому, что бездари и бездельники. Страсти, слухи накалялись, но тем и хороша любая творческая работа, что она имеет зримый результат, и кто бы в какую тогу ни рядился, на какие котурны ни громоздился, все определит конечный продукт — готовая книга.

Миронов сменил название «Советская Россия» на «Русскую книгу», и это было не просто сменой вывесок, а знаменовало переход издательства на качественно новый уровень, открывало читателю «русский свет», как говорил Ф. М. Достоевский. Из забытья, из-под глыб цензорских запретов стали возвращаться замечательные истинно русские писатели, мыслители, которых прежде официальная пропаганда если и поминала в энциклопедиях, научных статьях, то непременно с ярлыком «реакционер», «враг прогресса», «махровый монархист», «русский шовинист», «националист», «ретроград» — Леонтьев, Ильин, Шульгин, Победоносцев, да, тот самый знаменитый обер-прокурор Священного синода, «фанатичный приверженец самодержавия», как его характеризовала советская энциклопедия, один из умнейших русских людей, последний раз до «Русской книги» издававшийся в 1896 году, писавший: «Господь миловал нас от западной заразы — демократии. Страшно представить себе, что было б с Россией, обрети она роковой дар — российский парламент». «Русская книга» выпустила знаменитый «Московский сборник» Победоносцева, изменив название на заглавие актуальнейшей для России статьи о демократии «Великая ложь нашего времени».