Подавив в душе возмущение несправедливым, как он считал, недоверием генерала, Сеславин приказал привести пленных.

Когда пленные французы предстали перед Дохтуровым, и услышал, каким образом они доставлены, суровый генерал, видавший всякое и побывавший во многих опасных передряг; искренне поразился геройству Сеславина и его удальцов.

Французы подтвердили донесение Сеславина. Все еще в нерешительности, Дохтуров послал за начальником штаба, тоже прибывшим в Аристово. Ермолов с английским генералом Вильсоном, состоявшим при штабе русской армии и штабными офицерами, явились в приподнятом настроении. Узнав подробности, они поздравили Сеславина со славным "делом", имеющим огромное значение для дальнейших действий русской армии. Посыпались вопросы, похвалы, изумленные восклицания.

- Вы совершили подвиг, капитан, - сказал Вильсон, - и достойны самых высоких наград... Но вы устали. Могу предложить вам охапку соломы...

Но Сеславин отказался от отдыха. Подкрепившись стаканом рома и сухарем, он вернулся к своему отряду: нужно было проследить за движением неприятеля.

Тем временем Дохтуров и Ермолов срочно направили к Кутузову подполковника Болговского.

За полночь Болговский приехал в Леташевку, где располагались основные русские силы. Разбудили дежурного генерала Коновницына, потом барона Толя.

Они пришли к Кутузову и попросили разбудить главнокомандующего. Адъютант зажег свечу. Увидев заляпанного грязью посланца, Толя и Коновницына, Кутузов приказал адъютанту на бросить ему на плечи мундир.

Болговский кратко сообщил об уходе Наполеона из Москвы и протянул донесение Дохтурова,

- Благодарю тебя, господи! - сказал Кутузов. - Спасена Россия.

* * *

12 октября русская армия спешно выступила на перехват армии Наполеона. В составе русской армии уже насчитывалось до 100 тысяч человек. 10 тысяч, казаков подоспели 9 Дона. Из Калужской и других ближних губерний везли всевозможные припасы.