Помощник администратора был высоким, нервным и несколько странным типом. Он был безупречно одет, оксфордские очки никак не хотели держаться на большом носу, то и дело соскальзывая от его судорожных движений. Он стоял в центре комнаты с испуганным видом, но при этом старался держаться как официальный представитель власти.

— Все это ужасно, просто ужасно! — сказал наконец помощник администратора. В следующее мгновение он подхватил на лету очки и плотно водрузил их на нос. — Мы должны думать о репутации гостиницы.

В открытую дверь вошел врач, и это прервало рассуждения помощника администратора. Все внимательно следили за доктором, который склонился над распростертыми на ковре телами со стетоскопом в руках. Никто внимания не обратил на Филлис, которая с бутылкой в руках прошла через комнату и села на кровать рядом с мужем. Лицо ее было еще бледно, глаза полны ужаса. Но пальцы Филлис, когда она открывала бутылку, совсем не дрожали.

Шейн сделал большой глоток и улыбнулся.

— Спасибо, милая! — он поморщился, нечаянно задев рану рукой.

У Филлис перехватило дыхание, когда она увидела кровь на белом покрывале. Она вскочила на ноги и закричала:

— Мой муж… Доктор, он ранен! Он истекает кровью! Сделайте же что-нибудь!

Врач мягко посмотрел в ее темные взволнованные глаза, аккуратно сложил стетоскоп и положил его в боковой карман.

— Этим двоим уже никто не поможет, — произнес он. — Они мертвы.

Врач встал и подошел к Шейну.

— А что с вами? Тоже получили пулю?

— Рана здесь, — сказал Шейн, указывая место. Он лег поперек кровати, прижимая рану рукой.

Доктор умело продезинфицировал и перевязал рану, а Филлис испуганно смотрела на него. Вдруг она выбежала из комнаты и тут же вернулась с чистой майкой и рубашкой. Врач грустно улыбнулся, глядя на ее бледное лицо, а Шейн рявкнул: