— Несколько недель назад. Хотя только в прошлый вторник мы окончательно убедились, что оплачиваем выигрыши по фальшивым билетам.

— Вот как? — правая бровь Шейн удивленно изогнулась.

— Некоторое время назад у нас начались недостачи, обидные и неожиданные, — рассказывал Гардеман. — Но это были не такие значительные суммы, чтобы вызвать серьезное беспокойство. Видите ли, у нас на треке действует система электронного учета и нечестному служащему очень трудно было бы скрыть свои упущения. Мы незаметно проверили и перепроверили всю работу, но ничего не нашли. Пришлось даже вызвать специалиста из Майами, который проверил электронную машину и сказал, что она в отличном состоянии. И все-таки каждый вечер оказывалось, что мы снова понесли убытки, вместо того, чтобы получить свой запланированный доход.

Джон Гардеман замолчал и вытер лоб платком.

Он печально покачал седой головой и содрогнулся при мысли о том, в каком положении оказались владельцы трека. Их ждал крах и разорение. Потом он снова заговорил:

— Оставалась только одна возможная разгадка — мы оплачивали выигрыши по большему количеству билетов, чем продавали. Этот факт мы установили быстро. Но тщательное изучение оплаченных выигрышных билетов не помогло обнаружить фальшивку. Подделка была такой ловкой, что мы не сумели отличить настоящие билеты от подложных, хотя наверняка знали, что часть из них фальшивые. Вы понимаете, что было бы невозможно требовать от кассиров, чтобы после каждой гонки, оплачивая выигрыши, они выявляли подложные билеты. Точно также невозможно определить, кто из людей, получающих выигрыш, действительно купил свой билет в кассе. Если это не удастся сейчас же остановить, мистер Шейн, нам придется закрыть трек.

— Сколько примерно денег вы собираете за вечер?

Гардеман снова вздрогнул.

— Вчера было больше трех тысяч. Представьте себе, какие огромные суммы получаются, если выплаты по многим билетам составляют десять к одному, а то и пятнадцать к одному! Не так уж сложно, чтобы несколько человек, перемешавшись с честно выигравшими посетителями, каждый вечер получали по фальшивым билетам несколько тысяч долларов.