— Кто печатает билеты?

— Их печатают на маленькой фабрике здесь же, в Кокопалме. В начале сезона мы объявили конкурс, и типография «Элита» предложила более низкую цену, чем Матрикс. А кроме этих двух заведений в нашем городке печатать не у кого. Кстати, владелец «Элиты» — уважаемый гражданин, брат одного из крупнейших держателей наших акций. Матрикс считает, что именно по этой причине мы заключили с ними контракт. Но дело, разумеется, не в этом.

Шейн нахмурился и потер свой длинный подбородок.

— Мне кажется, вам бы стоило сделать какой-то тайный знак на каждом билете, который вы продаете. Тогда вы обнаружите подделку, как только она к вам попадет.

— Об этом мы тоже сразу подумали, — ответил Гардеман. — Но подделки продолжали идти с точно такими же отметками, как и на наших билетах. Мы заключили, что эти мошенники приняли простую меру предосторожности — они покупают билеты на каждую гонку и потому застрахованы от любых неожиданностей.

Шейн хмуро кивнул.

— Я предполагал, что это не такая уж блестящая идея.

Собеседники погрузились в свои мысли, и беседа на несколько минут прервалась.

— По-моему, можно было бы попробовать каждый день менять тип билетов — варьировать текст или типографский шрифт, изменять форму или цвет билетов.

Это предложение не вызвало у мистера Гардемана ничего кроме скуки.

— Мы не приглашали детектива со стороны, — устало ответил он, — пока не перепробовали все подобные очевидные фокусы, мистер Шейн, и не обнаружили, что все они бесполезны. У того, кто выпускает фальшивые билеты, голова работает что надо. Мы меняли билеты каждый вечер, но выплаты по фальшивым билетам продолжались, и каждый раз поддельные билеты оказывались точным дубликатом сегодняшней серии.