Настя поняла эти слова трошечки не так, що человек хоче купить машину «фольксваген-пассат». То есть зовсим по-другому. Дивчина вздрогнула и переспросила: «Що-що вы бажаете?» – «Пассат сичас хачу», – повторил кавказец и похлопал себя спереди по карману штанов, намекая, що гроши при нем. Настя поняла – хлопцу так невтерпеж, что он готов справить малую нужду прямэнько посреди салона. «Туточки нельзя». – «Пачэму нэлзя?» – удивился кавказец. «Там можно». – Настя швыдко замахала на дверь клозета. Лицо кавказской национальности узнало знакомую букву W, видел на радиаторе машины, первую часть названия которой оно никак не могло згадать, и неторопливо направилось к двери. «Пассат хачу», – распахнув дверь и побачив сидевшую за столиком пожилую жинку, произнес кавказец. «Можно, – тоже вполне определенно поняв его, разрешила тетя Шура и заломила цену: – Десять…»

– Дядька Макар, – заржал Шрам, черная тоска наконец отпустила до следующего срока. – Ты мне эту баГпсу потом потравишь. Я так врубаюсь, у вас здесь магазины рано закрываются. Да и в темень пожилым людям разгуливать опасно, шпане все твои наколки – китайская грамота. Без хавки останемся!

– Ешканый бабай! – невесело хмыкнул дядька. – Со шпаной еще якось управлюсь, а вот склероз… – и, почесывая затылок, отправился в лабаз за закусью и тем, что перед закусью принимать за знакомство полагается. За холодными закусками и огнестрельными.

Так команда Шрама пополнилась третьим бойцом.

Глава 4

Я помню – давно учили меня отец мой и мать: Лечить – так лечить, любить – так любить, гулять – так гулять, Стрелять – так стрелять! Но утки уже летят высоко. Летать – так летать! Я им помашу рукой.

– А чем наша фирма будет заниматься? – спросил Леха, балансируя на раздвижной лестнице под потолком.