Всё это было, как не быть.

В принципе ни один из элементов глобализации сам по себе не нов: международные коммуникации (телеграф) существуют с середины XIX века, авиаперевозки между континентами — с середины XX, морские перевозки — вообще со времен Колумба; международные языки общения также существуют с незапамятных времен (латынь или литературный арабский, потом французский, потом английский языки). Разумеется, все эти блага были не столь общедоступны, как сейчас — но какие электронные сообщения больше повлияли на мировую историю: общение сотни подростков в интернетовском форуме или «длинная телеграмма» Кеннана Трумэну в 1945? И какой авиаперелет больше сказался на судьбе человечества: перелет сотни офисных планктонин из Москвы в Хургаду или перелет из Москвы в Лондон и Вашингтон Молотова на встречу с Черчиллем и Рузвельтом в 1942?

Случалось и так, что какая-либо фирма становилась на один уровень с государственной властью, а то и подменяла ее. Такими были и фирма Круппа во Втором рейхе, и «Привилегированная компания» Родса в Южной Африке, и «Юнайтед Фрут Компани» в некоторых государствах Латинской Америки. Из более старых времен можно вспомнить Ост-Индскую компанию. Даже частные армии не являются такой уж новинкой — свои войска были и у Ост-Индской компании, и у Родса; да и у Круппа в старушке Европе была своя личная заводская полиция. Тем не менее ни о какой глобализации речи тогда не шло. С одной стороны, наука и техника не были развиты до такой степени, чтобы предприниматель имел возможность построить завод в любой точке планеты и там же нанять рабсилу приемлемой квалификации — такое стало возможно только к концу XX века. С другой стороны, сверхмощные фирмы, руководители которых на равных спорили с президентами и кайзерами, во-первых, всегда были уникальны, а во-вторых — старались завязать как можно более тесные связи с правительством.