
Лень встать. Одеяло лежит не ловко и давит под бок но вставать не хочется, «пускай лежит так, все равно…»
С полным равнодушием ко всему, с самой постыдной слабостью воли, я заснул, наконец, и это было самое лучшее, что мог я сделать во время качки.
Меня разбудил Ч. «Вставайте, к Босфору подходим!..»
Я моментально вскочил. Качки как не бывало. Зеленоватая зыбь шла по неширокому проливу. С обеих сторон виднелись высокие берега. Мутно-желтая трава покрывала крутые скаты гор, виднелись постройки, стены домов вырастали прямо из воды. Вот на горе видны темно-серые развалины старинной Генуэзской крепости, с другой стороны — такие же развалины. Поломанные стены сбегают к самому морю. От этих стен когда-то протягивались поперек Босфора тяжелые цепи… Теперь страшнее всяких цепей, глядят из-за низких земляных батарей большие береговые орудия. Турецкий, красный с белым полумесяцем флаг висит над башней. Часовой в черном башлыке и накидке стоит на батарее. Напротив расположена такая же батарея. Co своими ярко-зелеными скатами, спокойными линиями фасов и тупыми исходящими углами они выглядят так невинно. Если бы не эти черные пушки, ее весенняя правильность очертаний этих ровных холмов — их не признаешь за грозную защиту пролива.
