«Идея политики и войны несколько портит красивую картину блестящих мыслителей, претворяющих в жизнь свои мечты. Но именно эта идея придала путешествию к Спокойствию уязвимый, неопределенный и порой откровенно грязный вид» (15, с. 3).
«Некоторые политики сделали себе на этом карьеру, другие набили себе кошельки. Целые корпорации существовали только благодаря этим средствам; при этом, куда пойдут миллиарды долларов, решала маленькая группа людей» (15, с. 4).
«Изготовители Аполлонов не были техниками в изолированной от внешнего мира лаборатории. Они были солдатами того времени, когда технология стала оружием» (15, с. 4).
Задолго до того как первый спутник поднялся с Земли, он стал объектом политических и военных споров, причем самой «ядовитой» их разновидностью. Когда он наконец достиг своей цели, он больше не был триумфом науки. Из предмета технического совершенства он превратился в орудие помешательства политиков холодной войны. Более удачное начало освоения космоса для Америки трудно было придумать (15, с. 41).
После запуска Спутника наша игра против русских была заведомо проигрышной. Мы могли запустить малюсенькую игрушку, на которую они ответили бы новой махиной. (Наша программа «Меркурий» отправила Алана Шепарда в баллистический полет на 15 минут. Мы это сделали, хоть и не смогли достичь орбиты) Их космонавты дышали воздухом при нормальном атмосферном давлении, в то время как наши вынуждены были использовать 100-процентный кислород при давлении 0,35 атмосфер. Капсулу, достаточно прочную, чтобы выдержать нормальное давление в космосе, наши ракеты поднять не могли — она была слишком тяжелой.