Истерия, спровоцированная Спутником, разрушила логичный курс разработок, которому мы должны были следовать в попытках достичь Луны. В своей книге «Угол атаки» Майк Грэй (Mike Gray) писал:

«Мы должны были взлететь на (ракетоплане) Х-15 до границы космоса; потом соорудить Х-16 для запуска на орбиту; затем — грузовой космический челнок Х-17 и использовать его для постройки орбитальной космической станции; а потом, году в 1985-м, отправиться с нее в экспедицию к Луне» (3, с. 41).

Пришло время, и наш второй астронавт, Вирджил Гриссом, провел 16 минут в баллистическом полете. Но спустя всего две недели русские повысили ставку, отправив на орбиту космонавта на целых 25 часов. Через шесть месяцев Джон Гленн наконец-то сумел достичь орбиты (а также всеобщего признания и политической карьеры), проведя в космосе почти пять часов. Спустя три месяца Скотт Карпентер повторил полет Гленна с точностью почти до минуты.

Через два месяца, 11 и 12 августа 1962 года, русские начали играть всерьез, организовав полет сразу двух космонавтов в разных модулях. Один провел в космосе 94 часа, второй — 71. Более того, модули впервые встретились в космосе!

После временного затишья американцы сумели продержаться на орбите 34 часа — это случилось 15 мая 1963 года. Через месяц русские вновь нас обогнали, в течение двух дней запустив еще двух «ласточек». Первая «порхала» в космосе 119 часов, а вторая (с женщиной на борту!) провела на орбите 71 час.

Потом Советский Союз отправил в космос сразу трех человек в огромной «ванне». Через шесть месяцев в космосе появилась и американская «ванна» с двумя астронавтами — это был первый шаг программы «Близнецы». И только тогда мы поняли, что выиграем космическую гонку, невзирая ни на количество жертв, ни на стоимость, ни на какие другие факторы, и не остановимся ни перед чем. В данном случае цель оправдывала любые средства.