Аленичев чуть ли не ежедневно беседовал с Павлюченко, вдалбливал ему, что с таким талантом тот каждый год обязан быть лучшим бомбардиром чемпионата. И что для этого нужно делать — тоже говорил. Знающие люди не дадут соврать: для форварда, вообще-то авторитетов не больно-то признающего, слово капитана имело огромный вес. И нападающего, забившего 17 октября 2007 года два мяча в ворота сборной Англии, Россия получила во многом благодаря ему. Кстати, по моим данным, поздравив Романа с большим успехом, бывший капитан сразу посоветовал ему не расслабляться…

Аленичев всеми силами пытался облегчить адаптацию иностранцев, по-итальянски беседуя с выступавшими в серии «А» бразильцем Моцартом и чехом Йиранеком, а также аргентинцем Кавенаги. Серб Неманья Видич, уже уйдя из «Спартака» и став звездой «Манчестер Юнайтед», так вспоминал о нем: «Аленичев — не просто игрок, а болельщик «Спартака», Помню, что когда только пришел в клуб, ко мне подошел Дима и сказал: «Вида! Ты знаешь, что такое «Спартак»?» И тогда, и потом он много раз рассказывал мне о команде, ее истории. И не только мне. Он всех нас учил любить «Спартак». Это легенда клуба, а с легендами так расставаться нельзя».

Оказалось — можно.

Решившись на интервью-бомбу, Аленичев пошел не против Старкова. Он пошел против всей порочной системы отношений в «Спартаке», где коллектив существовал в одном измерении, а клуб — в другом. Где игроки за два года увидели владельца, который все решает, один раз, а общаться могли только с зиц-председателем Фунтом — генеральным директором Шавло, от которого не зависит ничего. Где главный тренер говорил одному футболисту одно, другому — противоположное, владельцу — третье. Где честность и порядочность были подменены политкорректностью и корпоративной этикой.

Он с открытым забралом пошел на «скованных одной цепью» — тех самых, о которых еще в начале 90-х пела группа «Наутилус Помпилиус». И «скованные» не могли ему этого простить.