Но оставался еще коллектив. Который тогда еще не мог представить себя без Аленичева.

В среду, спустя четыре дня после выхода интервью, «Спартаку» предстояло сыграть кубковый матч с тем же «Локомотивом». За это время уже можно было придумать какую-то общую акцию поддержки своего лидера.

И они придумали. Решение о том, что на игру в Черкизове команда выйдет в специально изготовленных футболках с номером «8» и фамилией «Аленичев», уже почти было принято. Для самого капитана это должно было стать приятным сюрпризом. А неприятным — для тех, кто уже лелеял планы изгнания «паршивой овцы» из команды.

Но в решающий момент, как тихо и грустно признались мне независимо друг от друга несколько футболистов «Спартака», один их очень авторитетный коллега сказал: «Не надо». А без его участия акция теряла смысл.

Коллегу звали Егор Титов.

*****

В начале ноября я набрал его номер, рассказал о том, что узнал, и спросил: «Это правда?»

Титов, с которым мы знакомы 13 лет и делали десятки интервью, впервые на моей памяти так смешался.

Чего ты у меня ерунду какую-то спрашиваешь? — нервно ответил он спустя секунду.

Я не ерунду спрашиваю, а задаю тебе конкретный вопрос: было такое или не было?

Да я откуда помню? Это было уже три года назад!

Это было в прошлом году. — Когда?

В прошлом году.

— Отбей почки источникам своим! Зачем ты меня вообще обо всем этом спрашиваешь? Не собираюсь я на такие вопросы отвечать!

На другом конце провода раздались короткие гудки. Такого Егора — тем более предлагающего отбить кому-то почки — я не слышал никогда.

Но не услышал я и слова «нет», когда задал Титову четкий вопрос. Хотя даже если бы и услышал — все равно не поверил бы. Потому что если рассказ одного его одноклубника о поведении в ситуации с Аленичевым еще мог бы принять за поклеп, за завистливое очернение честного имени спартаковского кумира, то когда об одном и том же говорят сразу несколько футболистов — неправдой это, скорее всего, быть не может.