Судя по тому, с какой покорностью Самуил отклеился от кресла, ему крайне невыгодно было портить со мной отношения.

- Понимаю, понимаю, не смею вас задерживать... Но вы не торопитесь мне отказывать, лучше подумайте на досуге, а я оставлю вам карточку со своим телефоном, и когда вы примете решение...

Надо же, сколько волнения - можно подумать, он предлагал мне руку и сердце.

- Конечно-конечно... - Я бросила карточку на журнальный столик, не потрудившись на нее взглянуть.

В прихожей Самуил Аркадьевич так долго прихорашивался, повязывая кашне и разглаживая морщинки на модном плаще, что у меня возникло острое и труднопреодолимое желание дать ему пинка под зад, дабы ускорить этот процесс. И когда он наконец выкатился, я была просто счастлива.

Захлопнув за ним дверь, я бросилась к телефону и набрала номер Алки.

- Шлушаю, - прошамкала она после второго гудка, видно, что-то жевала.

- Ал, это Галка. Что ты делаешь? - тоскливо спросила я.

- Да нишего, телик шмотрю, а што?

- Можно, я к тебе приеду? - потерянно заскулила я в трубку.

- А што шлушилось? - Алка продолжала жевать.

- Да ничего! - Я так сжала трубку, что пальцы побелели. - Всего лишь хочу знать, могу я к тебе приехать или нет?

- Приезжай, конешно, - растерянно протянула Алка.

Глава 4

ДОНЖУАН ПАРАМОНОВ

Строго говоря, Алка никогда не была моей закадычной подружкой, скорее - хорошей приятельницей. Алка работала в том же ДК, что и я, только я вела театральную студию, а она хоровую.