Собственно, сам визит Володи Путина – нонсенс. Не телефонный звонок, скажем, в школу КГБ или в какое-нибудь смежное учебное заведение. Не наведение справок окольными путями. Не письмо в то же Управление КГБ. А непосредственный приход в его приемную.

Похоже, советскому юноше Путину было заранее известно, что всякий человек, переступивший порог этой организации, негласно берется на заметочку. Таковы были правила. Но Путина это не только не пугало, но, уверен, именно это ему и нужно было. В этом была его сакральная цель визита в Управление КГБ осенью 1968 года.

Подтверждает это и сам Владимир Владимирович: «Все эти годы в университете я ждал, что обо мне вспомнит тот человек, к которому я тогда приходил в приемную КГБ».

Путина действительно зафиксировали. Взяли на заметку как вероятный кадр для дальнейшей с ним работы. И спустя всего пять лет случилось то, ради чего девятиклассник Путин совершил свой вояж в главную спецслужбу СССР. «…На четвертом курсе на меня вышел один человек и предложил встретиться, – вспоминает Путин. – Правда, человек этот не сказал, кто он такой, но я как-то сразу все понял».

Короче, план девятиклассника Путина спустя годы сработал.

Но кто же надоумил ленинградского юношу, вчерашнего хулигана, понявшего, что ходить в лидерах только за счет кулаков становится сложновато, на столь выверенный карьерный поступок?

Ни у самого Путина, ни у исследователей его биографии ничего на эту тему нет. Предположения, что 16-летний пацан сам отважился на такой шаг, ни с кем не посоветовавшись, я категорически отметаю. Сам был таким пацаном в СССР, хоть и дюжиной лет позже, но отлично помню, что аббревиатура КГБ ассоциировалась у нас с чем угодно, но только не с романтикой разведки. В подавляющей степени с чем-то грозным и опасным, от чего лучше держаться подальше.