В свой прицел Коля отчётливо видел чёрный крест, нарисованный на сером боку вражеской машины.

- Ну погоди!.. - прошептал солдат сквозь сжатые зубы, и бах-бах-бах!.. - трижды выстрелила его маленькая противотанковая пушка-сорокапятка, трижды подпрыгнула в воздух, как лягушка, и трижды вместе со своей пушкой подпрыгнул Коля Исаев, так крепко он вцепился в неё, пока вёл огонь по фашистским танкам.

Правда, танки эти были не настоящие, а деревянные, по которым молодые артиллеристы ещё только учились стрелять, чтобы потом на фронте бить настоящие вражеские танки без промаха.

- Первое орудие отстрелялось! - крикнул Коля хриплым от волнения голосом, и все побежали смотреть, сколько снарядов попало в цель.

Коля ещё никогда в жизни так быстро не бегал, ему очень хотелось поскорее увидеть, сколько раз он попал в танк. И пусть сегодня этот танк ещё не настоящий и фашистский крест на его боку нарисовал сам Коля пусть! Но если сейчас он метко попал в деревянный, то потом на фронте он сумеет подбить настоящий танк, тот, который ползает сейчас по нашей земле, - стальной, бронированный вражеский танк.

Назад, к пушке, Коля бежал ещё быстрее. Сейчас он доложит своему командиру, что попал... попал...

- Наводчик первого орудия - ко мне!

Коля обернулся и увидел... генерала. Тот приехал посмотреть, как стреляют молодые артиллеристы, чему они успели научиться.

Николай Яковлевич тяжело дышал от бега, но подошёл к генералу, как положено, строевым шагом и громко доложил:

- Товарищ гвардии генерал, наводчик первого орудия Исаев по вашему приказанию прибыл!

Коле очень хотелось сразу похвалиться, что он попал в танк всеми тремя снарядами.

- Сколько раз стреляли?

- Три раза, - радостно доложил Коля. - И три дырки!

- Не дырки, - поправил генерал, - а попадания.

Лицо у генерала было строгим, и Коля уже решил, что тот на него сердится, но генерал сказал:

- Молодец, гвардеец!