- Ну погодите, белые гады, - гневно сказал один из моряков, потрясая кулаками, - мы не забудем баржу смерти! Попомните и вы её!

А заключённые словно обезумели от радости. Уже два дня им не выдавали ни крошки хлеба. "Зачем даром кормить, - говорили тюремщики, - если завтра всё равно всех пустим в расход!"

И вдруг избавленье, чудесное, неожиданное! Как же было не радоваться! Узники обнимали и целовали моряков.

- Да здравствует Советская власть! - крикнул кто-то из освобождённых.

Сотни голосов подхватили этот возглас, и мощное "ура" прокатилось по реке.

- Да здравствуют моряки, да здравствует Волжская военная флотилия! раздавались выкрики, и вновь гремело "ура".

Миноносцы подходили к Сарапулу. На стеньгах мачт кораблей флотилии алели красные боевые флаги. Корабли салютовали освобождённым. На пристанях города толпились тысячи людей. Знакомые и родственники спасённых радостно встречали их.

На берегу был организован митинг. Восторженными возгласами и криками "ура" встретили собравшиеся предложение послать приветствие Владимиру Ильичу Ленину.

На отдыхе

Пароход "Капитан Маматов" дал три длинных гудка и медленно отвалил от пристани, на которой славянской вязью было написано: "Камские Полянки". Звякнул звонок машинного телеграфа, под кормой парохода забурлила вода, и он, набирая ход, пошёл дальше, вниз по реке.

На пристани, кроме местных жителей, осталась небольшая группа пассажиров. Мальчишки посёлка, считавшие своей обязанностью встречать и провожать каждый пароход, с любопытством наблюдали за незнакомыми людьми. Одеждой своей они отличались от других пассажиров. На них были надеты красноармейские шинели, солдатские ботинки, на головах - кепки. У одного из-под небрежно накинутой на плечи шинели виднелась полосатая флотская тельняшка.

- Глянь, Митька, никак матрос?! - сказал маленький черноглазый паренёк. - Наверно, с миноносок, которые прошли вверх!