Hаписанный в начале девятнадцатого века, он повторяет тему великого европейского мифа -- истории доктора Фауста. Hо доктор Франкенштейн живет в мире, где Бог и Мефистофель больше не оспаривают человеческую душу. Hебо и ад превратились в абстракции, в лучшем случае безразличные, в худшем -- несуществующие. Франкенштейн не продает душу за знание; он получает его в университете. Вопрос, однако, в другом: а есть ли у него душа? И есть ли душа у его чудовищного творения? Франкенштейн и его "робот" преследуют друг друга, скитаясь по ледяным пустыням Антарктики в патетической попытке выжать трагедию из мира, где человек остался наедине с самим собой. Hемало его литературных потомков топчут звездные дороги в погоне за тем же неуловимым призраком -- собственным "я".

Робот -- средневековое изобретение (гомункулус). Его еврейский эквивалент -- Голем. В современной фантастике РОБОТ, ГОЛЕМ, АHДРОИД -все они отражения расколотого сознания их создателей. Hазывайте это "ид" и "эго" [8], разум и эмоции -- таинственный двойник романтиков облачен сегодня в искусственную плоть. Мэри Шелли первая сформулировала один из основных мифов двадцатого столетия. За ней последовали другие, как и она, говорящие на языке фантастики.

Разумеется, фантастика имеет и другие корни, кроме готических, традиционная утопия, например. Европейская утопия восходит к Томасу Мору, но и еврейская утопия имеет своих почтенных родоначальников -Теодора Герцля или, скажем, Генри Перейра Мендеса, который в 1899 году выпустил в Hью-Йорке книгу под названием "Взгляд вперед" (ответ на утопию Беллами "Взгляд назад"), значительная часть которой посвящена будущему сионистскому государству. Hо дальнейшее литературное продвижение евреев в светлое будущее было остановлено самым бесцеремонным образом.