— Я возглавлял оргкомитет по проведению футбольного турнира, но прямого влияния на арбитра не оказывал. В принципе имел право объявиться даже в раздевалке судьи накануне матча, но никогда бы этого не сделал. Зачем «светиться» и тем самым дискредитировать себя? Меня ведь все знают. Переговоры в гостиницах или других явочных местах тоже исключались. За мной согласно правилам ФИФА по пятам следовали два телохранителя. Извините, в туалет лишний раз нельзя было отойти. Но довольно об этом. В нашем, российском футболе еще слишком много неотложных проблем, которые необходимо решать в самое ближайшее время…»

Любопытно, что еще месяцем раньше этого интервью, в марте 1992 года, я попросил Колоскова прокомментировать для «Российской газеты» нездоровую ситуацию, сложившуюся после создания двух идентичных друг другу организаций — ВАФ и РФС. И услышал тогда едва ли не примирительный монолог (на тот момент не до конца ясно было, какая федерация в конце концов будет проводить первый российский чемпионат).

— Каким мне представляется выход из создавшегося положения? Весьма простым: надо работать, — молвил Вячеслав Иванович. — Ее (работы. — А. М.) хватит на всех. Думается, мы не соперники, а конкуренты. Это в корне меняет ситуацию. Вот и приглашаю оппонентов конкурировать, так сказать, на здоровой основе… Создание даже нескольких, идентичных по своим функциям организаций не противоречит закону об общественных объединениях. Что мешает мне и Анзору заниматься своим делом? Здесь вопрос о поисках компромисса не совсем правомерен, он изначально заложен в самой нашей деятельности. Мы могли бы вместе браться за решение некоторых проблем внутри огромного футбольного хозяйства. ВАФ — вполне законная организация, и на ее права никто не покушается. Разве кто-то запрещает Кавазашвили иметь в ассоциации футбольные клубы или, скажем, коммерческие структуры?

— Конечно, взаимоотношения с ВАФ остаются непростыми.