Стали устраиваться так называемые ланкастерские школы, где сразу училось триста, пятьсот, тысяча детей. В них дети, хоть что-нибудь знающие, учили ничего не знающих, а те выучивали три-пять букв и учили этому тех, кто не знал ни одной буквы. Учитель был не столько учителем, сколько организатором дела. При таком громадном числе учеников — по пятьсот-тысяче на одного учителя — обучение обходилось очень дешево, но выучивались в таких школах обычно очень плохо: только настолько, насколько это было необходимо для заводских нужд.

По мере развития промышленности понадобилось большое число умелых, хорошо подготовленных рабочих-специалистов, так называемых квалифицированных рабочих. В настоящее время в производстве четверть и даже треть рабочих должны быть квалифицированными рабочими. Кроме того, сама квалификация носит совершенно иной характер, чем у ремесленных рабочих: от заводского квалифицированного рабочего требуется не только знание чтения и письма, требуется знание им физики и механики или химии — смотря по производству.

Но теперь и от квалифицированных рабочих требуется гораздо больше знаний. Если мы познакомимся с новейшим управлением американских заводов, то увидим, что там каждому рабочему дается письменная инструкция и от каждого рабочего требуется каждый день короткий, но письменный отчет о том, что он сделал. При таком управлении заводами безграмотный рабочий на них работать не может, и не только совершенно безграмотный, но и малограмотный.

Таким образом, мы видим, что крупное машинное, производство требует не только грамотного, но и вообще обладающего известными школьными знаниями рабочего. Вот почему буржуазия заботилась об обязательном обучении.

Рабочие и работницы нашей страны хорошо понимают, что для того, чтобы наша страна стала страной сытой, культурной, счастливой, необходимо как можно лучше наладить производство, вместо старых машин ввести самые лучшие, самые усовершенствованные, сокращающие человеческий труд, увеличивающие производительность труда.