Николай Апполинариевич извивался и брыкался, стараясь высвободиться из захвата, но ребята держали его крепко. Мы замерли в ожидании финала. Один из охранников бросил на нас сочувственный взгляд и, изловчившись, с ужасающим грохотом закрыл ногой дверь кабинета снаружи, не выпуская вырывающегося садиста. Все звуки сразу стали тише, приглушенней, и прорывались к нам, словно через вату. Голос Николая Апполинариевича удалялся. В коридоре страшно закричала женщина, и что-то обрушилось на пол. Светка беззвучно шевелила губами.

Через пару минут, когда в коридоре все стихло, Светка приоткрыла один глаз и простонала умирающим голосом:

- Унесли?

- Унесли, -выдохнула я.

- Уф… -встрепенулась Светка, потерла лицо тонкой рукой и совершенно преобразилась.

Она стремительно подняла трубку телефона.

- Ритуля, -елейным голоском, звенящим сталью, пропела она, - ко мне макет первой полосы, выходные данные, корректора и верстальщика статьи про ранний климакс… Чтобы все как в аптеке… Не слышу… Не готов макет? Пляшите, как хотите, голову сниму… Всем. И тебе тоже. Верстальщика в приемную - пусть дозревает, халтурщик, - послушав трубку еще немного, Светка шваркнула ее на рычаг. Некоторое время я ерзала под ее уничтожающим взглядом.

- Ну… - попыталась оправдаться я, - та статья про Таиланд и правда получилась не очень удачной…

Светка продолжала сверлить меня взглядом.

- Я… - робко продолжала я, - никогда не претендовала на особую оригинальность и остроту стиля…

Светка продолжала молчать.

- Ты… - мой голос дрожал, - думаешь, что мне пора завязать с изящным жанром?

- Нет, - соизволила ответить Светка, - ты очень хороший автор.

- Спасибо, - облегченно выдохнула я.

- Один из лучших, - продолжала Светка, не обращая внимания на мои благодарности, - порой тебе просто нет равных. Ты выше всяких похвал. Только объясни старой дуре одну вещь.