Будет ли судьба Испании, Испании Лопе, такой несчастной и печальной, суждено ли ей так стариться и умирать? Какова будет судьба народа, народа Лопе, испанского народа, свободного и мятежного?

В XIX веке в Испании ее народ совершил революцию пера, оперенную революцию, революцию свободы. Но почему не произошла у нас революция свинца, революция справедливости?

Однако вернемся к Лопе, вернее последуем за нашим Лопе де Вега, полагавшим справедливой свободу и свободной правду, ведь его учителем стал тот самый испанский народный гнев, бунтарски требовавший свободы и правды. Научившись творить новый порядок, он усвоил — по его собственным словам — и то, что революция несомненно является единственной причиной, единственным законом, единственным законным источником всякого нового порядка:

Я пишу согласно вкусу, изобретенному Теми, кто толпы рукоплесканий ищет, Ведь если платит чернь, справедливо Нести чушь, чтобы доставить ей удовольствие. Поскольку полагая, что гнев Зрителя-испанца не угомонится, Коль не изобразят ему за два часа События от Бытия до Страшного суда, Решаю так — коль должно вкусу угодить его, Все, чем достигнем этой цели, справедливо.

Часть этих утверждений очевидно отдает пустословием.

Что справедливого в том, чтобы так вольно отзываться на капризные требования, которые к тому же кажутся нам глупыми и вульгарными?

Как кажется, нет ничего более демагогического, чем эти слова, однако, в действительности, нет и ничего более революционного, чем повиновение нашего поэта народной воле, бунтующей столь причудливо, что понятия свободы и справедливости в ней оказываются неразличимыми и, по сути, неотличимыми от инстинкта.