Выбор зависел от того, какой рельеф окажется в месте предполагаемой посадки. Если он был неподходящим (например, много крупных камней), космонавт мог вернуться к орбитальному аппарату и далее на Землю, либо выбрать новую точку, расположенную не далее нескольких сотен метров от первоначально выбранного места. После посадки космонавт должен был выйти на поверхность, установить флаг Советского Союза, взять образцы грунта и вернуться в лунный корабль. Лунное посадочное устройство должно было остаться на поверхности, а лунная кабина после включения разгонного блока стартовала бы с Луны и состыковалась с лунным орбитальным кораблем.
Невооруженным глазом видно, что советский проект высадки на Луне был чрезвычайно рискованным — у космонавта, отправленного на Луну, было гораздо больше шансов погибнуть, чем успешно завершить свою миссию. А тут еще ракетоноситель Н–1 на испытаниях показывал ничуть не лучшие результаты, чем нынешняя «Булава». Попытка приспособить технологии, годные для баллистических ракет и космических полетов вокруг Земли для лунной экспедиции оказалась не слишком успешной. Да и модели лунных кораблей впервые удалось запустить на околоземную орбиту только в 1970 году.
К счастью, как ученые, так и политики поняли, что пытаться отправить космонавта к Луне на неотработанном носителе и в модуле, у которого не слишком много шансов вернуться с Луны, — это авантюра, которая почти наверняка приведет к гибели людей. А такое советский престиж никак бы не повысило. В 1974 году, спустя восемь лет после смерти Королева, его преемники окончательно отказались от дальнейшей разработки носителя Н–1.