Политический памфлет? Не без этого. К счастью, этим дело не ограничивается, иначе «Многорукий бог» ничем не отличался бы от «Анастасии» Бушкова, от чего Тэнгэр миловал. Что же до принадлежности к культурным традициям, то тут невольно вспоминается, что культурологи определяют цивилизацию Запада как «культуру вины», а цивилизацию Востока как «культуру стыда». В своих рассуждениях Шооран приходит к мысли, что во всех бедах мира виноват не дьявол — Многорукий, но демиург Тэнгэр, ибо творение — это действие, а всякое действие влечет за собой зло. Рассуждение абсолютно в духе китайской (конкретно, даосской) философии, проповедующей принцип «недеяния». Но вывод-то каков? «Виноват тот, кто делает. Значит, будем виновны». Спрашивается, ушел ли Логинов в действительности от своего изначального «западничества»? Следует заметить, что роман вовсе не является мешаниной философских, религиозных и политических рассуждений, как, похоже, следует из моих заметок. Это, как и положено роману, прежде всего история. История о творце. Ибо дар илбэча — метафора творчества (определение «поэт» в романе прилагается только к Шоорану, хотя сказители в далайне не так уж редки). И творчества как жажды абсолюта. У Шоорана есть еще один антагонист, кроме Многорукого. Это его собственный брат и антипод Ээтгон. Если Шооран — «тип творца», Ээтгон — «тип реального политика», «рачительный хозяин», вроде ануйевского Креона. Шооран стремится уничтожить зло, Ээтгон — к нему приспособиться. И житейская правда в конечном счете на стороне Ээтгона. Что, в общем, тоже малоутешительно. …И о том, куда такая жажда абсолюта способна завести. Потому что в борьбе с жестокостью мира Шооран незаметно перешагивает грань, за которой строит уже «не для людей, а против далайна». А человечество для него сосредоточилось в прибившейся к нему юродивой карлице Ай, по слабоумию своему не понимающей, кто с ней рядом. И когда Ай убивают оголодавшие крестьяне (а оголодали они, между прочим, из-за того, что в результате глобального творения Шоораном суши в далайне царит страшная засуха), люди вообще перестают для него что-то значить.