В течение двух часов Рабби Нахман говорил о приходе Мессии. Два ученика р. Носон и р. Нафтуле (Нафтали) внимательно слушали. В телеге были еще люди, в том числе один из зятьев цадика. Однако, удивительным образом они почти ничего помнили. Однако сам Носон сумел записать тайным кодом, понятным только своим сокращениями «в секрете, в тайне, в нотариконах» большие куски пророчества своего мастера.

Носон рассказывал, что рэбе не называл тогда конкретной даты. «И когда же все это служится, – спросили ошеломленные ученики?». «Это великое дело, – уклончиво ответил Брацлавер – Когда такое выходит на свет то, что было спрятано в внутри, сам рассказ – это уже огромное дело». Цадик строго настрого приказал обоим ученикам не переписывать свиток, хотя тот и был закодирован, не повторят и не рассказывать, а тем более, не публиковать его. Позже, в 1809 году Нахман вернулся к своему рассказу и опять Носон записал его мессианское пророчество на той же рукописи. Вот эти две записи и составили «Свиток тайн».

После смерти Брацлавера Носон Штернгарц из Немирова записал биографию цадика и подробно изложил свои воспоминания. Благодаря р. Носону в истории сохранилось само имя р. Нахмана. Он также, согласно желанию цадика, обрек его высказывания в форму молитв и песен, популярных до сего дня в широких кругах за пределами брацлавского хасидизма. Однако, в отличие от других описаний жизни цадика Носон тщательно избегает упоминания чудес. Рэб Носон опасался враждебности других хасидских течений, не принимавших учения Нахмана. Время было тревожное, в еврейском мире боялись последователей саббатианства – народного мессианского движения, всколыхнувшего и потрясшего еврейский народ. Р. Носон написал большой труд Ликутей галахот примиряющий и объясняющий учение р.