– Она брюнетка с иссиня-черными волосами и большими темными глазами. Красивая женщина, надо честно признать. Из тех, что запоминаются сразу. Красота, правда, не классическая, но, мне кажется, в ней пропасть очарования. Понимаете, о чем я хочу сказать? – Пурвис улыбнулся.

– Да, конечно… Я…

Я хотел было продолжить, но в последний миг заткнулся – с этим типом лучше вести себя осторожнее. Кто его знает, куда еще заведет меня эта история с ногой!

– Если бы вы встретились с ней, она вам, наверное, запомнилась бы, – продолжал он. – Вот, взгляните на ее фото. – Пурвис достал из внутреннего кармана фотографию и протянул мне. – Ну, что скажете?

Я взглянул на фото. Ну, точно!

– Симпатичная, – сказал я как можно равнодушнее, хотя с первого взгляда узнал: это, конечно, она. Да и как тут не узнаешь! В тот вечер под деревьями было довольно темно, и вообще она показалась мне тогда не явью, а сном. Да, Пурвис определенно прав: увидишь ее раз – и не сможешь забыть.

– Значит, больше вы ничего не можете добавить? – спросил он, внимательно глядя на меня стальными глазами.

– Только одно: она действительно прелестна. Но я никогда в жизни ее не видел.

Глава 2

Он поднял шляпу с пола и встал:

– Ну что ж, это, пожалуй, все, что я хотел узнать. Извините за беспокойство.

– Пустяки!

Когда он ушел, я принял душ и закурил. Надо всей этой замысловатой историей следовало хорошенько поразмыслить. Неизвестно, чем еще она может обернуться. Лежа на кровати, я успел выкурить три сигареты, пока, наконец, солнце не скрылось за горизонтом и вместе с долгожданной прохладой в комнату не прокрались сумерки. Но я все основательно продумал. Да, факты явно не сходились, и у дотошного Пурвиса были все основания полагать, что Кеннон погиб не в автомобильной катастрофе, как растрезвонили все газеты, а вскоре после нее. Вероятно, Пурвис пришел также к ясному выводу, что это был не несчастный случай, а убийство. Правда, он не захотел мне об этом сказать. Возможно, он был прав.