Я вздохнула. Месть злой феи за игры на офисном компьютере.

— Я играла в свой перерыв, — пробормотала я в слабой надежде смягчить старую мегеру.

— Кейт, ты меня слышишь? — снова запищала Шелли.

— Встреча не назначена, — использовала я последнюю попытку.

— Это срочное дело. Пожалуйста, выйди из темной комнаты.

— Ладно, — проворчала я.

Я знала, что отказываться бесполезно. Шелли способна, подождав минуту, начать барабанить в дверь, уверяя, будто ей срочно надо в туалет после маисовых лепешек с мясной начинкой из мексиканской закусочной внизу, где она раз в неделю угощается обедом. Она ходит туда по разным дням, так что мне никак не удается уличить ее во лжи.

Продолжая ворчать, я вернулась в офис. Не успела я сделать и трех шагов к креслу, как Шелли очутилась в комнате и плотно прикрыла за собой дверь. На лице ее было написано легкое возбуждение— чувство, характерное для нее примерно в такой же степени, как искреннее сострадание для баронессы Тэтчер. Шелли протянула мне карточку на нового клиента. Тед Барлоу.

— Расскажи мне об этом деле, — попросила я, смирившись со своей участью.

— Он владелец фирмы, которая занимается постройкой и установкой оранжерей, и его банк требует возвращения займа, выплаты задолженности и отказывает ему в кредите. Барлоу хочет, чтобы мы узнали почему, и убедили начальство банка изменить решение, — объяснила Шелли почти на одном дыхании. Совсем на нее не похоже. Мне стало интересно, что произошло с ней за время обеда.

— Шелли! — простонала я. — Ты же знаешь, что это не по нашей части. Парень провернул какую-то аферу, в банке обо всем пронюхали, а теперь парень хочет, чтобы мы вытащили его из этой передряги. Только и всего. Для нас это невыгодное и совершенно бесполезное дело.

— Кейт, ты только поговори с ним, ладно? — Шелли в роли просителя— это что-то новенькое. Она никогда ни о чем не просит. Даже ее требования повысить зарплату подробно изложены в четких служебных записках. — Парень в отчаянии, ему действительно нужна помощь. Могу поручиться, что он не аферист.