Дмитрий Галковский, как известно, от премии отказался, в своем письме в «Независимую газету» он писал что-то о невозможности для него есть севрюжину с хреном в тот момент, когда вся страна голодает. Севрюжины, кажется, на очень изобильном столе не было. Но икра красная и черная, расстегайчики, что-то из ветчины, крученное в желе, балыки, осетрина и пр. — имели место; так же как и хрен. Но вообще у меня ощущение, что «Бесконечный тупик» всеми не прочитан — какое яростное сочинение. Обидно, только что парень лишился 12 тысяч долларов. Сам по себе отказ от премии уже не вызвал, как раньше, какой-либо скандал. Кстати, присутствовавшая на вручении министр культуры Дементьева предложила отдать эти деньги на нужды какой-либо районной библиотеки на родине отказанта. Поступок весьма дамский и, как мне кажется, рассчитанный на телевидение. Наша литературная публика и творческая интеллигенция уже очень хорошо знают: как стать, каким образом, какой совершить общественный поступок, чтобы оказаться под светом лакомых телевизионных объективов. В этом смысле интересно было, как члены жюри заранее садились во время вручения АБ на свои места — в президиум. Мест не хватало, и наблюдалась суматошная борьба тщеславий. Я загодя не стал садиться за стол, а болтал с Володей Бондаренко и Светланой Беляевой. Она сменила имидж и теперь ходит в блондинках с крошечными «средневековыми» очками. Была сутолока, лиц знакомых тьма. По своему обыкновению никого не помнить, я все время спрашивал. Так, я не узнал очень постаревшего Битова и спутал очень суетливого толстого человека, не распознав в нем бывшего посла в Израиле Бовина.