– Видимо они следили за нами, – пришел к тем же выводам Арт и торопливо написал на листке из блокнота цифры, – Вот тебе телефон, если что-то со мной произойдет, позвонишь, он мой друг, тебе поможет во всем. Только скажешь, что от меня. Похоже, мы вляпались по самые уши.

То, что вляпались действительно мы, а не кто-то, не они и не он, я ничуть не сомневался. Но когда все завертелось, что толку сожалеть о сделанном? К чему обвинять Стива Арта, втянувшего меня в смертельную авантюру? Поменять прошлое никто не в силах, поэтому нужно исходить из действительности. А наше дело по масштабам грозило стать самым серьезным среди тех, с которыми мне доводилось сталкиваться, и вдруг я понял: если бы я и узнал заранее о грозившей мне смертельной опасности, все равно ввязался бы в эту историю. Как говорят в России – либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Означает эта поговорка только одно: либо пан либо пропал. Третьего для настоящих охотников за сенсациями не дано. Ведь никто не знает сколько таких сталкеров сгорело, преследуя удачу. Никто не может подсчитать. Нет такой статистики, однако я знаю точно, погибших, безусловно, гораздо больше, чем счастливчиков. Но это лирика.

Поэтому, перестав морочить себе голову, я знакомился с документами Стива. Хотя кроме уже известных событий, изложенных выше, они ничего не содержали. Однако за их изучением я просидел полночи, и налив себе очередную кружку кофе, тихонько выругался. В это время зазвонил мой телефон.

– Господин Перцефф? – вкрадчиво спросил приглушенный голос, – Это Роберт Маккой, ничего не нужно спрашивать, у меня к вам не телефонный разговор. Узнав, что вы в Кабуле и занимаетесь расследованием наркоторговли, я решил с вами встретиться. К вечеру буду неподалеку. Где вы остановились?