— Как тебе сказать, Матвеич, не то чтобы за старое. Конечно, за барыгами мы уже не бегаем. Дела сейчас посерьезнее, ну и должность у тебя тоже…

— И должность у меня, и гонорары, — «Пистон» алчно подмигнул, — а девочки все такие же! Лапочки! — Громко крикнул Марк, — папочка соскучился!

«Когда же ты угомонишься?!» — Чтобы скрыть брезгливость на лице, я сделал вид, что вытираю простыней пот со лба. Да, в свое время мне нравилось вот так проводить время, но сегодня тошнит от самого факта пребывания в борделе. Тошно и брезгливо, кажется, что все здесь пропитано пороком и всевозможными человеческими выделениями. Две «девочки» бросились к Матвеичу, а одна приблизилась ко мне, но я отрицательно махнул головой, показав пальцем на зама прокурора.

— Толян, ты чего?! Отстрелялся уже, или ориентацию сменил? — Опять «Пистон» зашелся громким хохотом. — Или, типа, верный муж?

— Нет настроения, Матвеич. Да и другие бабы меня сегодня привлекают.

— Другие? Да ты чего?! Задница она задница и есть!

Я опять прикрыл лицо простыней.

— Матвеич, пусть девочки еще порезвятся в бассейне, а я тебе о деле расскажу.

— Ну, давайте рыбки, поплавайте пока, я позову, — «Пистон» смачно шлепнул одну из «девочек» по голой попе, — ух, хороша, зараза!

— Так вот. Здесь пакет документов по интересующему нас предприятию, — я положил на стол пластиковую папку. — Крыши у них нет, акционировались не так давно, короче лохи в чистом виде. Наша цель директор, он же основной акционер. Он должен уступить загородный пионерский лагерь.