Среди американских пар хорошо маневрировало только небольшое количество, видимо, бывших немцев. Особенно хорошо получалось у них маневрирование при атаке наших самолетов сзади. Они ходили «змейкой», плавно меняя положение относительно друг друга и цели. Часто наши бой разворачивались не совсем так, а иногда и совсем не так, как разрабатывались в классах тактики. И тогда поистине бесценной становились отвага, преданность, инициатива каждого командира и летчика.

В Дунфын, через пару дней после нашей высадки, прибыла боевая техника. Быстро собрав самолеты и нанеся на них корейские опознавательные знаки, смыв свои, мы приступили к тренировочным полётам и боевому дежурству. Погода нам в этом районе не благоприятствовала: был сильный мороз, доходивший до 38 градусов по Цельсию, даже земля трескалась от холода. Снег лежал только в неровностях почвы, а сильный ветер гнал пыль, которая резала охлажденную кожу лица: приходилось натягивать шарф на нос и одевать шерстяной подшлемник. В кабинах истребителей было холодно, поэтому дежурили мы только по полчаса и сменялись поочередно. Кабина истребителя очень тесная, и сидеть там в меховой куртке, а тем более вести настоящий воздушный бой в такой одежде не с руки, поэтому сидели в кабинах только в легких кожаных курточках.

Питались мы в столовой городка. Первые дни пищу нам готовили китайские повара. Обед у них состоял из 7–8 блюд, но всего было понемногу. Готовили они очень вкусно, на столах было множество различных приправ, Но порции были настолько малы, что после обеда ощущался небольшой голод и хотелось чего-нибудь ещё перекусить. К примеру, порционное блюдо из жареной картошки состояло из пяти штучек закороченных ломтиков картофеля и всё. И так каждое блюдо — приготовлено вкусно, но мало по количеству. Курятина было тёмно-синяя, причину этого мы установили через несколько дней, когда однажды выходили из столовой, то увидели, как привезли живых кур, связанных за ноги по нескольку штук.