Написанная в 1964 г. Джозефом Стейном (музыка Джерри Бука и текст песен Шелдона Гарника) пьеса сразу же завоевала любовь всей американской публики, собрала все мыслимые театральные, литературные и кинематографические награды и премии. Спектакль побил все рекорды, шел без перерыва восемь лет, а потом постоянно возобновлялся. Права на постановку спектакля продавались провинциальным театрам по всей Америке. «Скрипача на крыше» ставили многочисленные самодеятельные коллективы. Особой популярностью пользовался спектакль среди американских евреев. Песни из «Скрипача на крыше» неизменно сопровождают любую еврейскую свадьбу, бар–мицву, да и вообще любую еврейскую тусовку. Появление «Скрипача на крыше» совпало с процессом поиска корней (60–е годы) американского еврейства. Под влиянием израильской победы в Шестидневной войне американское еврейство искало свою идентификацию. Многие темы «Скрипача на крыше» — погромы, эмиграция, ассимиляция были близки американским евреям. Для многих пьеса, а затем и вышедший в 1971 г. фильм режиссера Нормана Джевисона (сценарий Джозефа Стейна), символизировали другой важный аспект консолидации американского еврейства – борьбу за выезд советских евреев в 70–е гг.

В СССР, где под гнетом государственного антисемитизма подавлялось любое упоминание еврейской темы, спектакль был под запретом и, насколько нам известно, первое исполнение на Центральном ТВ всемирно–знаменитого шлягера «Если б я был Ротшильдом» позволил себе Владимир Спиваков на праздновании 75–летнего юбилея Аркадия Райкина в 1986 г. Тогда же, после долгих лет замалчивания еврейской темы, в роли Тевье на российскую сцену вышел Михаил Ульянов, символизируя надежду на перемены.

Первым исполнителем роли Тевье Молочника на Бродвее стал знаменитый Зеро Мостель, надолго определивший традицию исполнения этой роли. Преемником Мостеля стал еврейский актер и исполнитель еврейских песен Теодор Бикель. В фильме, как и на Бродвее, роль Тевье исполнял израильский актер Хаим Тополь, для которого эта роль стала главной в жизни.