Борцы за нравственность не раз решительно требовали полностью изъять телезадницы из обращения. Борцы за свободу столь же энергично отстаивали их право на существование, в том числе, виртуальное. Ни консенсуса, ни компромисса не достигли.

Самый умный из моих друзей скучным голосом заявил, что относится к проблеме фиолетово – то есть, никак. Он считает, что полемика не имеет смысла, ибо задница на экране в любом случае непобедима.

– Видишь ли, – пояснил он, – в нашей державе задницы прочно захватили то место, которое в нормальных странах занимают мозги. Посмотри на наших парламентариев – они—то кто? Вот и перед телевизорами сидят те же задницы. Они все равно своих в обиду не дадут.

Справедливости ради надо отметить, что верховных телебоссов их собственная работа тоже огорчает – они печально говорят, что сами любят Чехова и Дебюсси, но как быть, если у публики вкусы иные? Голая попа дает рейтинг, рейтинг привлекает рекламодателей, реклама приносит деньги, а деньги, к сожалению, непременное условие выживания ТВ.

На это возразить трудно. Конечно, правда факта, глубина мысли, независимость искусства вещи прекрасные – но если именно голая попа содержит наш неприхотливый домашний экран – спасибо голой попе.

Однако неужели, действительно, все решают деньги?

Не так уж давно, может, с год назад в Москве произошло событие, которое заставило в этой закономерности усомниться.

Началось, как обычно: на столичных улицах появились огромные транспаранты, на которых была яркая, предельно качественная фотография обнаженной красавицы. Топ—модель? Молодая звезда крутого порно, в поте лица и прочих частей тела добывающая свой трудный хлеб?