- У меня отец тоже фронтовик. Рядовой. Минометчик.

- А-а! Вот видишь, вот видишь! - Лицо Захара Куприяновича прояснилось, голос сделался родственней. - Да у нас ведь искорень все от войны пострадавшие, куда ни плюнь - в бойца попадешь боевого либо трудового. И не след плеваться. Я ж, грешник, смотрел на космонавтов по телевизору и думал: испортят ребят славой, шумом, сладкой едой... Вишь вот - ошибся! Неладно думал. Прости. И жене этого разговора не передавай.

"Фартовые, - повторил про себя космонавт. - У всякого времени, между прочим, были свои баловни и свои герои, но не все пыжились от этого, а стеснялись своего положения. И вызывающий ответ одного из первых космонавтов на глупый вопрос какого-то заслуженного пенсионера, ставший злой поговоркой: "Где лучше жить - на земле или в космосе?" - "На земле! После того как слетаешь в космос!" - был продиктован чувством неловкости и досады, и ничем другим".

- Я не могу ничего передать своей жене, Захар Куприянович, потому что не женат.

- Н-н-но-о-о?! Худо дело, худо! - Захар Куприянович, стараясь держаться в дружеском тоне, почесал голову под шапкой. - Это ведь они, девки-то как мухи на мед, на тебя набросятся и закружат! Закружа-а-ат. Не старый еще, при деньгах хороших, на виду у всего народа! Закружа-а-аат! Ты, паря, уши-то не развешивай, какую попало не бери, а то нарвешься на красотку - сам себе не рад будешь!..

Олег Дмитриевич улыбался, слушая ровную текучую речь Захара Куприяновича, его полунасмешливые советы по части выбора половины и все время пытался представить своего отца на месте лесника. Ничего из этого не выходило. Тот застенчивый, потерянный вроде бы в жизни, чем-то напоминающий чеховского интеллигентного чиновника, хотя вечный работяга сам и произошел из рабочей семьи. Говорят: баба за мужиком. А у его родителей все получилось наоборот. Пока мать жила - и отец как отец был, хозяин дома, глава, что ли. Но перед самой войной свернула тяжкая болезнь полнощекую, бегучую, резвую мать и унесла ее в какой-то месяц-два в могилу, и сразу отец сиротой стал, Олег и подавно.



17 из 37