– Ты был прав, Андрюхин, – Жора трезво оценил ситуацию, – мы попали. Тут три таких кордона, на каждый по паре часов минимум… Чего они проверяют? Крис говорил, на пять километров границы по два пограничника и то без собак. Кто захочет, и так перейдёт…

– Так, может, и нам? По льду. Он вроде ещё не растаял.

После скоротечных дебатов, мы решили бросить машину возле местного отдела милиции и переходить границу пешком, благо для пешеходов проблемы очередей не существовало. Правда, по Нарве придётся передвигаться на своих двоих, но Нарва не Нью-Йорк, можно и без тачки обойтись. Через час мы уже выходили из магазина дьюти-фри, гружённые импортным алкоголем и никотином. Причём Жорина загрузка многократно превосходила предельно допустимые нормы.

– Фигня, – махнул рукой напарник, – с таможней договоримся. Подумаешь, десять блоков вместо двух. Я ж не спекулировать еду. Исключительно для личного употребления.

К слову сказать, деньги на поездку нам отслюнявил тот же Стародуб, попросив при этом представить отчёт за каждую эстонскую крону, и пока я не знаю, каким образом Георгий собирается списать расходы на «Амаретто» и «Марлборо лайт». Лично я затаривался на свои кровные, отложенные на беззубую старость.

Договориться с таможней Жоре не удалось. Старый эстонский офицер, увидев выложенные для досмотра запасы, кровожадно улыбнулся и на ломанном русском заявил примерно следующее:

– Молодой человек, вы мало-мало оборзели…

Вероятно, он имел в виду «немного оборзели».

В ответ Георгий выдал ещё более гениальную фразу:

– Да мы ж свои, брат! Из питерской милиции! Наш РУБОП недавно вашего таможенника за взятку прихватил! Помните?

Брат помнил. Поэтому Жора лишился не только контрабандного «Амаретто» и «Марлборо», но и был занесён в компьютер, как нарушитель таможенного законодательства. Теперь в ближайшем будущем получение визы в дружественную Эстонию станет для него большой проблемой. Если, конечно, он захочет туда снова поехать. Справедливости ради надо отметить, что положенный норматив моему компаньону оставили.