– А жаль… – наивно вздохнул Заремба.

– Чего жаль?

– Жаль, говорю, что не сын. Интересно было бы… А кто он такой? Насколько я могу быть с ним откровенным? Это наш? – Он продолжал задавать простейшие вопросы с видом провинциального дурачка. Даже рот при этом для эффектации не закрывал. Офицеры переглянулись. А Петро про себя посмеивался. Он многих вводил в заблуждение такой манерой поведения. Простой, как три рубля, наивный – что от этакого лоха ждать. И только те, кто много лет с ним прослужил, знают, что такое на самом деле старший прапорщик Заремба.

– Гагарин… Этот человек представляет в нашем регионе Интерпол. Знаете, что это за организация? Слышали хотя бы о ней? Или следует предварительно рассказать? – в голосе говорившего офицера два ведра издевки и принебрежения – на взвод новобранцев хватит.

– Ух ты… Русский? В Интерполе?

– Он бывший офицер. Поспешите, а то рабочий день кончается.

– Понятно…

Зарембу, похоже, откровенно выпроваживали – уже надоел и изрядно разочаровал разведчиков. Не понимают они многих тонкостей поведения…

Он пошел, посмеиваясь в душе над проницательностью офицеров. Ничего, и таких «делали»…

Петро Заремба знал, что Челябинск считается столицей Южного Урала. А Южный Урал – это не Северо-Восточный Памир. От одного слова «юг» должно, кажется, быть жарко. Потому Петро и понадеялся на добрую погоду. Но хотя по календарю значилась середина мая, тепло сюда, похоже, не пришло. В цивильном костюме было элементарно холодно. Потому до гостиницы старший прапорщик добрался пешком за пять минут – торопился, чтобы совсем не продрогнуть, и энергично размахивал своим маленьким чемоданчиком.

Лифт поднял его на пятый этаж. Длинный коридор. Петро присматривался к табличкам на дверях, удивляясь с наивностью закостенелого памирца – вроде бы и гостиница, а вроде бы и нет. Если гостиница, то где живут постояльцы и почему здесь на каждой двери таблички с названием каких-то фирм? А если это учреждение – то почему на здании так красиво написано, что это гостиница?