Шли по направлению к одной из станций, расположенной на побережье Каспия. В пути я решил обогнать разведку и лично проверить дорогу. Километров через пять увидел, что она ныряет в узкую каменистую теснину. Причем идет здесь с резкой покатостью к обрыву.
Проехав этот участок (он был длиной метров пятьдесят), я, откровенно говоря, забеспокоился. Уверенности в том, что дивизион благополучно пройдет по такой дороге, у меня не было. А время не ждало, голова колонны уже показалась из-за поворота. Что делать? Останавливать дивизион и искать другой маршрут? Но так мы и до вечера не управимся. Тогда что же предпринять?..
Головной как раз шла гаубичная батарея А. В. Кирсанова. Он подошел ко мне, осмотрел участок и, вернувшись к батарее, спокойно скомандовал отцепить два уноса (то есть две первые пары лошадей из шестерки, которая запрягалась для тяги 122-мм гаубицы). Затем распорядился, чтобы номера расчета, сделав веревочные лямки, прикрепили их к гаубице и во время движения по опасному участку подтягивали ими пушку с противоположной от обрыва стороны... И благополучно только на коренной паре лошадей провел гаубицу через теснину. Потом вторую, третью...
Я безмолвно наблюдал за удивительным переходом батареи по сверхтрудному участку, в душе откровенно дивясь сообразительности А. В. Кирсанова. Что греха таить, лично я вряд ли бы рискнул пойти на подобный вариант. Да еще вопрос, додумался ли бы я до него. А вот Кирсанов додумался...
Пользуясь способом Александра Васильевича, через опасную теснину вскоре благополучно прошли и остальные батареи дивизиона. График марша мы выдержали точно.
В 1929 году проходила чистка партии. В дивизионе с этой целью заседала специальная комиссия.
Заседания были открытыми, на них могли присутствовать все желающие. Наконец дошла очередь и до А. В. Кирсанова. К моему изумлению, он вдруг поведал, что в 1918 году, учась в одном из волжских городков в учительской семинарии, добровольцем вступил в формировавшиеся там войска Самарской учредилки.