На проплешине под склоном валялось что-то, напоминающее автобус. Егокорпус был черным, измятым и никоим образом не был похож на летательныйаппарат. Над ним по склону виднелась глубокая рытвина, которая вначалепоказалась естественной складкой горы. Над рытвиной, на самой вершине,деревья были срублены, их обломки зацепились там и сям по ходу падениясамолета.

Вокруг измятого фюзеляжа были разбросаны тела полураздетых и совсемголых людей. На телах виднелась кровь. Никакого стоящего человека пилот неувидел. Двигатель с закрученными штопором лопастями винта валялсянеподалеку. Все остальное надо было искать на вершине.

Облачность быстро поднималась, в разрывах показалось солнце, самолетпрошел еще раз над людьми, убедились, что никто не подает признаков жизни, ипилот поднял машину на уровень вершины. Проносясь над нею, он мог только насекунду взглянуть на прорубленную в гриве просеку: мелькнули ошметки хвоста,одно оторванное крыло и колесо шасси.

Картина катастрофы предстала как на ладони. Ан-2 на большой скоростистолкнулся с березами на вершине горы, оставил там шасси, хвостовое оперениеи крылья, а разодранный от удара фюзеляж скатился по крутому склону кподножию. При этом людей разбросала центробежная сила, а острые обрывкиалюминиевой обшивки сорвали с них одежду. Мотор отделился в процессекувыркания по склону.

В живых не осталось никого.

Командир отряда, старый, опытный пилот, все пытался понять, какая жепричина заставила экипаж уклониться в сторону горы и нарушить безопаснуювысоту полета при плохой видимости. Видимой причины не было. Он понимал, чтобывают факторы, которые невозможно предвидеть, но все ломал и ломал голову,подсознательно пытаясь отогнать тягостные мысли о том, что ему предстоялоисполнить, когда он возвратится из полета.