Если, скажем, кто-то заскучал о порнографии, то можно попросить товарища Ненашева издать сочинения Ивана Семеновича Баркова (1732–1768), в частности его знаменитого «Луку», — и тоска страдальца будет утолена. Если же добиться (а сейчас и это возможно, очень просто!), чтобы «Луку» издали в подарочном оформлении с цветными иллюстрациями, то Вы получите прекрасную возможность отдарить журналиста Игоря Фесуненко, который раскопал на лиссабонском книжном развале одну Вашу книгу и привез ее Вам. Вы называете эту книгу «экстравагантной» — она была издана в Португалии «еще при Салазаре».

Обвинение нашей литературы в «продуманном ханжестве», в том, что она традиционно «совершенно бесполая», объясняется, вероятно, лишь поспешностью суждений или ненаблюдательностью. В самом деле, вспомним, к примеру, «Гавриилиаду» Пушкина или Юнкерские поэмы Лермонтова. А «Анна Каренина» или «Воскресение», а «Жизнь Клима Самгина» или «Тихий Дон» — это тоже бесполая литература? Ну, а хотя бы симоновский цикл «С тобой и без тебя»? Хотя бы вот эти строки:

Нет, я не каюсь, что руками, Губами, телом встречи ждал. И пусть в меня тот бросит камень, Кто так, как я, не тосковал О нежной и прохладной коже И о лице с горящим ртом…

И так далее по восходящей…

Да и в литературе нынешних дней есть произведения, содержащие сильные эротические мотивы, например, бондаревский «Выбор» или беловский роман «Все впереди». Так что, думаю, даже Салазара мне удалось бы убедить в отсутствии у нас ханжества в этом интересном вопросе.

Едва ли кто будет ныне спорить с Вами и отрицать, что «секс играет огромную роль в человеческой жизни», — действительно, уже одно то, что он накрепко связан с извечным стремлением к продолжению самого рода человеческого, говорит о многом.