— Дела из рук вон плохи, — проворчал мистер Эддеринг. — Я и обручального кольца не продал за эту неделю.

— Я рассказала мистеру Льюсу, — это была одна из выдуманных фамилий Марка, — о русской даме и ее бриллиантах, — произнесла Полина, когда они сели пить чай, оставив в магазине приказчика.

Мистер Эддеринг раздраженно потер свой плохо выбритый подбородок.

— Я бы хотел знать, что я имею право с ними делать по закону, — сказал он, хмуро поглядев на Марка. — Некоторые из моих приятелей говорят, что я должен поместить публикацию о продаже этих ценностей с аукциона для оплаты их хранения, но это, конечно, бессмыслица! Стоимость хранения не более 20 фунтов.

— Я очень люблю бриллианты, можно было бы мне видеть их? — спросил Марк беспечным тоном.

Мистер Эддеринг остро взглянул на него и отрицательно покачал головой.

— Нет, сэр, вам нельзя видеть их, — резко бросил он в ответ. — Они надлежащим образом запакованы для передачи их в любой момент владелице, если она явится. Я не намерен рисковать.

— Они застрахованы?

Тонкие губы ювелира скривились в усмешку.

— Разве я похож на человека, который не застраховал бы их? — спросил он.

Через некоторое время после этого он ушел в магазин, оставив Марка наедине с девушкой.

— Мне кажется, что папа совсем сошел с ума, — сказала она беспомощно — Посмотрите!

Она указала на окно и видневшийся через окно маленький дворик. В конце дворика была стена, немногим более шести футов высотой.

— Кто угодно может перелезть эту стену и влезть в это окно в одно мгновение, — сказала она. — Нет даже сигнальных звонков на случай попытки грабежа. Иногда, Марк, на меня нападает невыразимый страх, потому что, хотя у папы есть револьвер, я уверена, он никогда не осмелится пустить его в ход.

— Он не должен оставлять вас одну, — сказал Марк, покачивая головой. — Но тут спит же еще кто-нибудь в доме?