«Вся эта история с угоном не стоила бы и выеденного яйца, окажись на месте „лагуны“ любая иная тачка, — глядя на подчиненных, пытающихся поочередно свалить вину за произошедшее на другого, мрачно размышлял про себя Полковник. — Заурядный, вобщем-то, страховой случай. Но проблема в том, что никакая легальная страховка не покроет возможных убытков… в том разе, конечно, если не удастся уже в скором времени восстановить „статус-кво“ и опять взять ситуацию под свой жесткий контроль…»

— «Гости» у себя? — спросил он.

— Да, они все это время находились в своем номере.

— Ладно, пойдемте сначала посмотрим видео, — подумав немного, сказал прибывший на обьект начальник. — Я решительно не могу понять, как вы… опытные взрослые мужики… позволили каким-то клоунам «скоммуниздить» тачку с обьекта, где за все последние годы не было ни о д н о г о подобного «ЧП»…

В фойе их ожидал администратор отеля, на лице которого читалось беспокойство.

— Вы уверены, господа, что нам не следует прозвонить в полицию… и поставить в известность о случившемся?

— Занимайтесь своим делом! — процедил Полковник. — Ничего не «случилось», ясно?! А если что-то и произошло, то это уже н а ш а забота!

Сотрудники «Апсауги», сопровождаемые местным секьюрити, прошли в административную часть здания. Они оказались в небольшом коридоре, где насчитывалось с полдюжины служебных помещений. Первая дверь направо — помещение для секьюрити, где также находится и пульт с консолью системы телевизионного наблюдения. В панель встроены четыре монитора, на которые можно выводить в любой последовательности и в любом удобном ракурсе изображение, поступающее от четырех «внешних» камер и еще нескольких камер, установленных на этажах и внутри уютного ресторанчика, расположенного в другом крыле здания.

Здесь дежурил второй охранник, — он тоже «прохлопал» случившееся, хотя и клялся, что в момент угона находился на своем боевом посту. Когда они всей компанией сгрудились у консоли с мониторами, в помещении сразу стало тесно.