Твой ответ меня ошарашил – ты отступил на полшага и спросил:

- А как тебе… Путин?

И я мгновенно – тогда! - понял по твоей прорвавшейся искренности, по вспыхнувшим глазам: Путин – твое творение.

Я пробормотал в ответ что-то такое: мол, вроде, ничего пока мужик, но время покажет…

И ты исчез.

А до меня только потом дошло, почему такая наша встреча произошла. Я вспомнил, Валя, что я всегда перед Геннадием Селезневым, нашим главным редактором, который тебя почему-то терпеть не мог и гнобил, – я всегда тебя перед ним защищал. Я даже иногда на редколлегиях зачитывал строки из твоих статей.

Я считал тебя, в отличие от многих, хорошим журналистом, но главное – человеком с нежной, тонкой душой. И ты этого не мог не чувствовать.

И потому тебя наверняка заело, что где-то, кому-то Гейко сказал: «Увижу Юмашева – руки не подам».

С той минуты прошло одиннадцать лет.

Необходимое отступление:

В статье «Незнакомый Юмашев», напечатанной в «КП» в ноябре 1998 года, (

Ее главная мысль:

- Валентин, высоко вознес тебя случай - сознаешь ли ты, сколь велика ответственность?

- Валентин, как же ваша команда может управлять страной, если вы с одним своим домом на Осенней не смогли разобраться?

Процитирую:

«Ранней весной 94-го они, профессионалы, веселой гурьбой вселялись в этот знаменитый дом: Ельцин, Черномырдин, Гайдар, Шахрай, Коржаков, Грачев, Барсуков, Тарпищев, Суханов, Юмашев. Квартиры друг напротив друга, друг над другом, друг под другом. Где теперь друзья?

Даже в этой малой детали, как в капле воды, все и отразилось. Какой профессионализм? Неужели не было ясно, что до смерти другом никто никому не останется, что в политике происходят и должны происходить смены и перемены?»